scarlet in blue

Если вдруг или он зе топ.




Если Вам приспичило читать мой журнал, то:
- Отпишитесь тут с чего бы это, и вероятность взаимности возрастет в прямой пропорции от подробности разъяснения.
И имейте в виду:
- ПринцЫп взаимного френдования - взаимная заинтересованность.
- Я не добавляю в друзья "мертвые души".
- Я также не добавляю в друзья самовлюбленных паранойков, страдающих постонедержанием.
- Мат я воспринимаю, только если иного слова для описания того пиз*еца, что происходит вокруг больше не подобрать.
Если я Вас добавила:
- Значит Вы просто милаха.
- Я тоже ничего.

Bowie

(no subject)

Правда в том, что одни люди не занимают место других в жизни. Просто с уходом каждого остаётся дыра. Больше или меньше. И мы копим эти дыры всю жизнь. Стараемся заполнить их, заглушить их белый шум.

И это тоже не грустный пост.
Тихиро

(no subject)

Я не могу писа́ть. Не вообще набирать текст или от руки, а осмыслено. Просто пока ушло. Как будто нейроны в том участке головы, который за это отвечает устроили профсоюзную забастовку. Мало того, что я с ужасом думаю, что будет, если придётся работать с текстом, так это просто как потерять кусок себя. Защитная реакция организма, возможно. Хотя переводить тексты, наверное, смогу. Но оживить пока нет. Все родившиеся сюжеты молчат. И одновременно писать и создавать сейчас очень хочется и нужно. Физически нужно.

Много вижусь с людьми. Старыми и новыми. Заполняю время и пространство. Пытаюсь делать выводы о себе. Всё хорошо. Я радуюсь, улыбаюсь. Живу. И всё неправильно. То ли было, то ли стало. Пока не поняла.

Этот пост должен бы быть записью в бумажном дневнике. Но писать от руки тоже не могу, кроме заметок в блокноте по текучке.

Я не ною, нет. Я всё сделала правильно. Но очень не вовремя.

И время течёт не так. Я его не чувствую. Это тоже физическое ощущение.

Хочется написать: скорей бы весна. Но пусть для начала хоть зима придёт. Для меня должен наконец закончится этот невыносимый бесконечно затянувшийся ноябрь. Осень дала, осень взяла.
А что, если на самом деле, я не наконец сказала правду, а просто вышла на новый уровень "соврать"?

Хорошо, что здесь никто не читает.
Bowie

Набор честных метафор для себя же.

Когда бумага снова не терпит уже. Пишу сюда. Новый хэштег надо.

Как же я завидую людям, которые могут открыто выражать свои эмоции (и чувства). И уместно при этом. Психанул так психанул — и вазой в стену. И полегчает, наверное. Плачешь и плачешь, а не соринка в глаз попала. А любишь — люби и не меняй ни на что. Хоть себя не обманывай. И принимать свои чувства. Все.
Мне в детстве взрослые пытались внушить, что я эмоциональна. Просто потому что я была довольно непосредственным ребёнком.
Но и тогда и теперь — нет. Я просто всё коплю. Оно вызревает внутри, бродит, как вино в бурдюке. Иногда пениться и выливается. А потом просто похмелье. Стыд. И он тоже бродит, замещает это всё вылившееся. И я заново строю стену, отращиваю новое, теперь третье уже сердце.

А хочется кричать, бросать вазы в стену, хочется вывалить во всех соцсетях полтома Цветаевой (за её весну и лето 1918 года), писать ещё десятки писем (на которые не ответят) и бежать брать билет на первый попавшийся поезд — 1200 с чем-то там километров на юг, полпути к морю. Стучать в дверь (скорее метафорически, хотя и адрес есть), которой нет. Потому что там всегда была бетонная стена покрепче моей и кирпичная кладка сверху, и только по стене этой росли вроде бы живые цветы, а из-за стены иногда звучала музыка.
Просто получить ответы, которые никто не даст.

Нет, в тридцать ещё больнее, чем в двадцать.

Ты хреновый эмпат, друг мой. И друг, наверное, хреновый, любовь моя.

[Прости меня, моя любовь.]

А ещё бы научиться не просить прощения и самой обижаться по-настоящему. Не прощать. Впрочем, тут учитель ты был отличный, моя замолчавшая муза.

У меня и правда свой танец. И своя песня [it goes like la-la-la].
не смотри и не слушай. Я буду учиться не оглядываться.

Они не ты. Это плохо. Это хорошо. Это как есть.

И не надеяться.
Снова.
Ни на что. Ни на кого.
Это труднее всего.

Вода не точит камень. Это всё неправда.

Но я хотя бы смогла быть честной. А ты?

Но друг мне и правда чертовски сейчас нужен.
scarlet in blue

(no subject)

12 лет моей жжешечке.

Завела её, когда моя жизнь примерно так же запуталась как сейчас.
Никто тогда не читал, потому что она была новая. Никто сейчас не читает, потому что уже никто не читает.

Грохнуть собственное сердце вдребезги в 20 и в 32... даже как-то и сравнивать глупо. совсем разные обстоятельства.
бессмысленность моего нынешнего деяния ещё оценить предстоит.

раз никто не читает мои посты, можно сюда и мою нечитабельную прозу будет сливать. музу бы теперь только новую найти. и хорошего друга заодно. и вообще кучу народу для массовки.
scarlet in blue

(no subject)

Посмотри, как первые снежинки танцуют.
Им в темноту падать совсем не страшно.
Я в своей памяти нарисую их танец,
Я у них научусь быть отважной.

Точно сувенирный шар с водой наизнанку
Город мой мельтешит за окном трамвая.
Я с азартом играю сама с собою в молчанку,
А прохожие спешат, как армия врага наступая.

Для меня теперь всякое слово — ошибка.
Ничего не скажу: ни тебе, ни себе, ни людям.
Помолчи со мной и послушай: вот играет скрипка.
И пусть скрипач не шаман, а смычок — не бубен,

Но эта долгая прелюдия ля-минор — тоже транс
Для того, кто искать просветления не обучен.
Мне уличным гуру не стать, я свожу свой баланс,
Если единственно-верный путь без тебя — он мне скучен.

Не умею ни интриг, ни ног игриво сплести.
И в собственных чувствах я турист, немой иностранец.
Но, когда музыка стихнет, я продолжу идти.
Помолчи со мной. Просто смотри:
У меня.
Свой танец.
Bowie

(no subject)

Состояние: я вашего джокера не смотрела, но, если судить по отзывам, крайне близка к тому, чтоб мужика понять. Не знаю откуда пришло (знаю-знаю), не знаю как остановить (знаю, но не могу и\или не хочу), не знаю, что потом (правда не знаю). Хорошо, что дома нет выпивки. Такое не заливается.
Тишина.
Тихиро

(no subject)

рукоделие такое.
собирать слова.
буква за буквой.
слово за словом.
строчку за строчкой.